Шендерович: Договариваться с властями Ирана о мирном сосуществовании — это как пытаться договориться с Терминатором

— Вдруг поглядел на все это свежим взглядом — на таймер посреди Тегерана, отсчитывавший часы до уничтожения Израиля, пока не кончилось электричество... на все эти полувековые педагогические попытки Запада договориться с аятоллами о том, что они больше так не будут…, — пишет Шендерович. — Поглядел и тяжело вздохнул, сказавши: ой-вэй.

Ах, если бы это был просто махровый бытовой антисемитизм, по типу отечественных аналогов... Тогда можно было бы, действительно, сделать упор на просвещение и жадность — терапевтически разговаривать с ними и одновременно давать денег, вырабатывая положительный условный рефлекс на бабло...  Что, собственно, и пыталось делать с 1979 года мировое сообщество. 

Но религиозное сознание устроено иначе.  То есть, деньги аятоллы, конечно, возьмут, но тут же снова превратят их в ядерную программу, баллистические ракеты и оружие для «Хезболлы».

Ничего личного. Просто они (так уж получилось) ждут прихода своего шиитского Махди, а он не придет, пока не будет уничтожено «сионистское образование», вот и все. Это важно, а остальное неважно — и в рамках текущей концепции важным не будет никогда. И никакая цена за достижение своей цели аятоллам заведомо не велика.

В этом контексте, договариваться с ними о мирном сосуществовании — это как пытаться договориться с Терминатором о том, что он не будет больше убивать первую встречную Сару Коннор.

Братцы мои, но он же не человек! В него вшита программа, и он будет убивать, пока может. Ничего личного.

Поэтому разговаривать с ним не стоит — это потеря времени, опасная для жизни. Ему надо оторвать ногу, а потом раздавить в гидравлическом прессе, потому что, вы же видите, он и с оторванной ногой ползет в сторону Сары Коннор...  У него ж программа.

Но вот тут-то и закавыка.

У Ирана под властью аятолл уже оторвана нога, и оторвать вторую вместе с шаловливыми ручонками, а потом раздавить в прессе (я не про CNN) в техническом смысле ничего не мешает — но тогда вместе с аятоллами погибнет, обрушенный в каменный век, иранский народ, полвека назад, по неосторожности, попавший в заложники к безумцам...

Запад это, по понятным соображениям, смущает. А аятолл — не смущает. И они, с оторванной ногой, все ползут убивать Сару.

И смотреть это кино уже не хватает никаких нервов.