Что происходило на ужине с Трампом, когда началась стрельба. Рассказ журналиста, ставшего свидетелем

Сотрудники Службы безопасности спешно эвакуировали президента из бального зала отеля Washington Hilton и быстро обезвредили нападавшего. Паника в зале была кратковременной. Алекс Рауфоглу рассказывает, что происходило в отеле во время и после инцидента

— Где вы находились, когда прозвучали выстрелы и что вы увидели в первую очередь? Видели ли вы нападавшего?

— Я сидел довольно близко к одному из главных входов в бальный зал. Номер моего стола был 219, он располагался у центрального прохода, ведущего прямо к сцене. В зале такая планировка, что с каждого стола хорошо видны и сцена, и входы. Поэтому мы очень внимательно следили за всем, что происходило в этой зоне.

Самого стрелка мы не видели, но главные двери были открыты. Поэтому, когда снаружи началась стрельба, звук был невероятно громким и совершенно недвусмысленным.

Сначала на долю секунды возникла мысль, что, может, снаружи что-то упало: официанты постоянно входили и выходили, как раз шла подача блюд. Но замешательство исчезло почти мгновенно, когда за первым громким хлопком последовали еще несколько — быстро, один за другим... Тогда стало ясно, что снаружи происходит что-то серьезное.

— Как люди в бальном зале поняли, что это именно выстрелы, а не что-то другое?

— На это ушло буквально несколько секунд. Повторяющиеся звуки выстрелов — резкие, четкие, следующие один за другим — дали понять, что это не случайность, тем более что двери были широко открыты, звук напрямую проникал в зал.

Было видно, как люди почти мгновенно перешли от замешательства к осознанию происходящего. Некоторые сразу же спрятались под столы. Другие на мгновение застыли, пытаясь осмыслить происходящее. Но уже через несколько мгновений весь зал знал, что это стрельба.

— Какова была непосредственная реакция журналистов, чиновников и гостей?

— Это было сочетание инстинкта и профессионализма: в зале были почти сплошь журналисты. Поэтому после первого шока люди почти автоматически потянулись к телефонам, чтобы зафиксировать происходящее, передать информацию.

В то же время в зале чувствовалась какая-то серьезность: каждый стремился удостовериться, что с окружающими все в порядке, люди переглядывались, держались вместе. К тому моменту мы уже провели вместе несколько часов — до ужина было несколько предварительных мероприятий. Поэтому в зале чувствовалась какая-то сплоченность.

Репортеры очень быстро перешли в рабочий режим, все обмениваясь информацией друг с другом. Обычно в такой среде есть конкуренция: кто первым опубликует новость, — но в тот момент, я бы сказал, точность и безопасность оказались важнее скорости. К тому же из-за того, что доступ к Wi-Fi был ограничен, мы во многом полагались друг на друга.

— Как быстро Секретная служба вывела президента Трампа из зала?

— Очень быстро, буквально за считанные секунды. Было видно, что агенты Секретной службы уже были стратегически расставлены по всему залу. С моего места казалось, что сначала вывели вице-президента Джей Ди Вэнса — вероятно потому, что он находился ближе к своему выходу.

Я видел, что президент Трамп стоял на сцене, беседовал, и агенты очень быстро сопроводили его к выходу, все было очень скоординированно.

— Давала ли служба безопасности четкие инструкции присутствующим?

— Да, инструкции были вполне четкие: оставаться на местах, пригнуться и соблюдать тишину. Служба безопасности хотела оценить ситуацию без дополнительной суматохи. В какой-то момент я даже слышал, как несколько человек начали скандировать: «USA, USA», но их быстро попросили прекратить, потому что шум мог усилить панику и помешать работе охраны.

Через несколько секунд нам сообщили, что подозреваемый нейтрализован, но нас все равно попросили оставаться на местах и ждать дальнейших указаний.

— Что вы видели в зоне досмотра, если видели что-то?

— Сам бальный зал расположен на нижнем уровне отеля — это фактически подвальный этаж, и попасть туда можно, только пройдя через строго контролируемый пункт безопасности. Нужно спуститься по эскалатору после первого досмотра, а затем есть еще один, второй уровень проверки — прямо перед входом.

В этом году, поскольку присутствовал президент Трамп, меры безопасности были строже, чем обычно. Я бываю на этом мероприятии уже 12 лет, и в этом году серьезность подготовки была очевидна. Улицы были перекрыты, нам пришлось идти несколько кварталов до отеля пешком. Снаружи были протестующие. Шел дождь.

К главному входу в отель невозможно было даже приблизиться, не показав удостоверение сотрудникам Секретной службы. У всех должны были быть в руках билеты. По тому, что я видел, безопасность была на очень высоком уровне.

— Сколько длились паника и локдаун внутри зала?

— Локдаун длился почти час — может, немного меньше. Сначала было непонятно, что будет дальше, даже обсуждалась возможность продолжения мероприятия. В итоге нам сообщили, что президент Трамп возвращаться не будет и собирается выступить из Белого дома. Снаружи при этом сохранялись усиленные меры безопасности.

— Видели ли вы раненых или работу медиков?

— Да, мельком. Когда кто-то выходил, например, в туалет, мы видели, что один человек лежал на полу, а сотрудники экстренных служб взаимодействовали с охраной. Это я видел. Но нас довольно быстро попросили вернуться в зал. Туалеты находились ближе к главному входу, поэтому у нас не было полной картины происходящего.

— Расскажите подробнее о мерах безопасности до и во время мероприятия.

— Меры безопасности были значительно усилены по сравнению с предыдущими годами. Как я уже говорил, из-за присутствия президента были перекрыты дополнительные кварталы вокруг, а также действовало несколько уровней досмотра еще до входа в бальный зал. Внутри присутствие Секретной службы было очень заметным — агенты были рассредоточены по всему залу.

В каком-то смысле масштаб мер безопасности и сам инцидент создали неожиданный момент единства. Журналисты, госчиновники и сотрудники — люди, которые не всегда сходятся во взглядах, — оказались вместе, сосредоточившись на безопасности и поддержке друг друга. Это стало наглядным напоминанием о высоких рисках, связанных с подобными мероприятиями, и о безопасности в более широком смысле.